Давай негромко

0
12 июля 2012
2006 прослушиваний

Требуется обновление Чтобы прослушать подкаст, необходимо обновить либо браузер, либо Flash-плейер.
Встроить
Текстовая версия

М.Кокин: Ну, что же, всем привет! В эфире снова подкаст или программа, называйте как хотите, «Фонорама». Я, Миша Кокин, напротив меня Саша Яковлев. Не совсем напротив нас, но вместе с нами, в этой студии группа The Retuses.

А. Яковлев: Михаил Родионов и Кирилл Поростаев.

М. Родионов: Привет!

К.Поростаев: Привет!

А.Яковлев: И сегодня ребята посетили Петербург с долгожданным, вероятно, концертом для многих. И в этой связи, довольно плотное расписание, насколько я понимаю, у вас летнее, фестивальное расписание. И расскажите, какие новости?

М.Родионов: У нас первый раз, по — моему, за месяц три раза концерт в Петербурге.

А.Яковлев: Самое интересное, что по последним известиям, ребята примут участие в концерте, который называется «Наполним небо добротой». И вот расскажите об этом.

М.Кокин: Эти известия как раз наполнили наше солнечное петербургское небо...

А.Яковлев: Наполнили наш эфир сиянием. Расскажите, как это случилось. То есть, на афишах мы видим таких монстров, как «Алиса», ДДТ. И вот сегодня я узнал, что вы участвуете в этом концерте.

М.Родионов: Дело было так, мы играли на «Степном волке», и мы открывали премию. После того, как мы отыграли, к нам подходит Юрий Шевчук и говорит, что «ребята, я очень люблю ваше творчество. И на данный момент вы моя любимая группа. Я скачал вчера ваш альбом, и не хотите ли вы поучаствовать, отыграть на фестивале «Наполни небо добротой».

А.Яковлев: Ну, если бы эта похвала звучала не от Юрия Шевчука и приглашение, я не знаю, приняли бы вы его. А вот как такая похвала? Вообще, как вы к Шевчуку относитесь?

М.Родионов: Ну, не знаю, я не особо знаком с его творчеством. Знаю только «Осень».

К.Поростаев: На самом деле, у него есть...

М.Родионов: Да, пару хороших песен, но вот последняя его работа «Иначе», по — моему, называется. Такое ощущение, что он берет старые вещи и просто переделывает их.

К.Поростаев: Это как Гребенщиков. Его музыканты уже играют совершенно другую музыку, а он все блеет те же тексты.

А.Яковлев: Не, а приятно вообще? Подходит Шевчук такой, ребята, вы мне нравитесь, я ваш альбом скачал, специально научился пользоваться компьютером, я утрирую, конечно.

М.Родионов: Конечно, приятно. Но, не знаю, не буду говорить за ребят, но я лично привык к тому, что нас никто не знает, например. Что мы в андеграунде и...

К.Поростаев: Нет, ну, на самом деле, приятно, что несмотря ни на что. Несмотря на то, какую музыку делает Юрий Шевчук, все равно приятно, что кто — то из старой рок тусовки оценивает, то, что происходит в новое время и то, что происходит в новой русской музыке.

А.Яковлев: Вы же в прошлом году еще и «Степного волка» получили.

М.Родионов: Нет.

А.Яковлев: Нет? Подожди, или просто вы?

К.Поростаев: Мы просто два года подряд номинировались.

А.Яковлев: А в этот раз вы выступали, но почему — то вам не дали.

К.Поростаев: Второй год подряд в категории музыка...

М.Родионов: Получил Павел Дадонов, кто это вообще?

А.Яковлев: Это чувак, который пишет музыку для Дельфина, я правильно понимаю?

М.Кокин: Павел Дадонов — это гитарист «Дельфина».

А.Яковлев: Еще у него своя группа есть, они на «Скифе» как — то выступали.

М.Кокин: И очень неплохую, очень интересную музыку делают.

М.Родионов: Сегодня Кирилл музыкальный критик.

А.Яковлев: А что ты можешь сказать о Дадонове, он же выступал, наверно, или нет?

М.Родионов: Мы ушли.

К.Поростаев: Нет, на самом деле, краем уха я слышал и не знаю. Сколько можно такое уже слушать, я не знаю. Для меня то, что играет на тусовках, это все низкие басы, это все в одну кучу для меня. То есть, это фоновая музыка, я не понимаю, как можно было... Ну, ладно, не буду говорить.

А.Яковлев: Я хочу вернуться к событию на стадионе «Петровский», вас не пугает то, что вы. Вы же будете играть перед ветеранами нашего рока. Вас не пугает? Вы будете играть перед группой «Алиса», я посмотрел лайн — ап.

М.Родионов: Да мне лично все равно перед кем я буду играть, на самом деле. Меня больше этот концерт интересует как какой — то опыт, может быть. Потому что очень большая аудитория.

М.Кокин: И сцена, я думаю, огромная.

М.Родионов: Да.

М.Кокин: И звук, наверно, будет неплохой, надеюсь.

М.Родионов: Я тоже надеюсь, потому что очень мало времени у нас. Я переживаю, на самом деле, потому что мы группа не стадионная, нам это...

А.Яковлев: Ну, мне кажется, что это опыт совершенно сумасшедший. Я не знаю какую взять. Вот взять какую — то молодую группу. Кому еще удавалось вот так просто взять и выступить на «Петровском»?

М.Родионов: Не знаю, судя по концертам, которые прошли последние. Взять, например, «Черешневый лес» в мае. Мне намного легче играть перед большой аудиторией, чем перед 30 человеками. Как — то свободнее чувствуешь себя.

К.Поростаев: А мне все равно, честно говоря.

А.Яковлев: Ты чувствуешь взаимообмен энергетикой какой — то с людьми?

М.Родионов: Да. Скорее да, потому что 30 человек и 8 тысяч — это большая разница.

М.Кокин: Ну вот, Миша, вот ты говоришь, что с одной стороны, вы привыкли быть в андеграунде, а с другой стороны, вы как — то бесконечно, особенно в последнее время ассоциируетесь уже не с андеграундом, а с какой — то уже относительно популярной группой. Ну, в столицах если брать. Вас многие знают, вас многие любят. Похвалы от Олега Нестерова и Юрия Шевчука тоже чего — то стоят, наверно, в нашей стране это значит, особенно в музыкальном мире. Как вот это соотношение андеграунда, и вот, наверняка, будут поступать еще предложения и еще, еще. И вот ты во многих интервью говорил, что многие друзья вам прочат большое будущее. Как вы сами это видите? Ведь строите какие — то планы наверняка?

М.Родионов: Ну, планы пока что только, наверно, по поводу нового альбома. Иногда, по поводу каких — то туров, я не знаю. Больше по композиции планов, чем какое — то звездное будущее, мне кажется лишнее. Все само по себе должно.

М.Кокин: То есть, главное, это заниматься тем, чем ты занимаешься, а остальное все само собой придет, ну, собственно, заслуженно получается. Ты много времени уделяешь творчеству.

М.Родионов: Ну, какая схема, я все делаю так, чтобы мне нравилось. А так получается, что, если мне нравится, нравится другим. Как — то так это сложилось, я это заметил.

М.Кокин: Вот, и история с новым альбомом. Что он из себя будет хотя бы примерно представлять? Я забегаю вперед, наверно.

М.Родионов: Это такая очень секретная, на самом деле, информация, но альбом будет исключительно на русском языке. По звуку не могу ничего сказать, потому что не до конца еще все ясно. Но будет очень интересно, потому что мне на русском сложнее писать, но это намного как — то интереснее, чем на английском, например. Поэтому, я думаю, что я не знаю. Вот друзья, которые хорошие такие знатоки музыкальных дел, они сказали, что альбом будет намного круче, чем «Айс Балтика».

М.Кокин: А вот будет какое — то соотношение своих и не своих песен, будете там что — то перепевать? Не говори конкретно, просто, если будет.

М.Родионов: Я не знаю, если даже такое случится, то это скорее будет какой — то бэксайд. А полный альбом скорее всего будет полностью.

М.Кокин: И еще вот «Айс Балтика» он был такой, как мне показалось, не знаю как, Саша, тебе, или вам ребята, он был концептуальным все — таки альбомом. С каким — то определенным совершенно настроением. Новый альбом будет выдержан тоже в какой — то стилистике? То есть, навеянный каким — то твоим личным опытом, переживаниями? Потому что, ну это правда заметно, что это все — таки очень личное, и это не просто так, не от балды, не сиюминутное ощущение. Ну, как это, комплекс эмоций заложен.

М.Родионов: Я могу сказать, что альбом будет цельным, что это будет концептуальный альбом, и что там должно выйти не все так просто. Там три скрытых смысла, как это назвать правильно.

К.Поростаев: Не, ну я могу сказать, например, как я послушал уже многие песни, многих просто еще нет. Но факт в том, что сейчас очень мало я слышу на русском языке непошлых текстов. Текстов, которые действительно написаны от души и это очень хорошо соотносится с музыкой. Потому что я знаю многие группы, которые играют хорошую музыку, действительно это как бы звучит, это отлично, но из — за того, что тексты абсолютно пустые, пошлые и не знаю, неискренние. Музыка становится пустая, и все становится вообще абсолютно пустое. То есть, это прийти, там не знаю, оттанцевать, и все такое.

М.Кокин: Не даром говорят, что на русском, Саша опять молчит, на русском писать сложнее, чем на английском, и многие признаются. Я не знаю почему, потому что, наверно, выросли мы все в основном на иностранной музыке, чего уж тут говорить. Ну, наверное, большинство, это правда. Поэтому, возвращаться к корням, к искусству, ну, наверное, хотя бы поэтов серебряного века, чтобы так владеть словом. И это очень сложно и, к сожалению, многим не хватает. Ну, нужно читать хотя бы стихи, чтобы их писать потом, по крайней мере.

А.Яковлев: По поводу новой пластинки, это будет, вы придерживаетесь этой истории домашней записи? Или вы уже, будучи подписаны на «Снегири», теперь будете записывать это на студии.

М.Родионов: Ну, пока, мне кажется, рано об этом говорить. То есть, все может быть как — то так...

К.Поростаев: По крайней мере, вопрос уже есть в том, что может быть мы вместе запишем это где — то в таком качестве, хорошем.

М.Кокин: Да, поскольку есть примеры, допустим Арсений из «Соник Десс» он придерживается концепции Лоу Фай, и получив опыт студийной работы, он все равно вернулся туда и сказал, мне это не нужно, я хочу так, вот как у вас?

М.Родионов: Могу точно сказать, что меня не интересует кристально чистый звук, выверенность по частотам и все такое прочее. Меня интересует сырой, не знаю, идеальный пример, пожалуй, это «Ньютрем и Хоттел», такое звучание я бы хотел альбома.

М.Кокин: Ну, вот все равно, получается, опять же я возвращаюсь к твоему интервью, а я готовился к этой передаче, Александр. Ты говоришь, что вы все равно работаете над звуком. Не над качеством, а все — таки настроение звука вы создаете, и получается все равно, ну, думаете, как будет звучать. Не просто сели, записали.

М.Родионов: Ну да, это же звук.

М.Кокин: То есть, получается все равно, это студийная работа, по сути, только дома.

М.Родионов: Звук — это тоже, как какой — то пазл, не знаю, всеобщей картины, удачной композиции, не знаю.

А.Яковлев: То есть, выпускающий лейбл на вас в этом смысле никак не влияет, какое решение вы примете.

М.Родионов: Да, да.

А.Яковлев: Вполне возможно, я не знаю, через какой — то промежуток времени вы захотите там записать импровизационный альбом?

М.Родионов: Все может быть. У нас полная свобода, мы делаем, что хотим. У нас нет временных рамок, у нас нет влияния по концепту, все, все вообще отлично.

М.Кокин: Иными словами, вы не подписываете никакие контракты, которые вас обличают в какой — то...

А.Яковлев: А ты думаешь тут, кто — то подписывает такие контракты?

К.Поростаев: У нас контракт на два альбома. Первый, «Айс Балтика», второй, это я про «Снегири» говорю.

М.Кокин: Unknown album. Так называемый, супер секретный.

К.Поростаев: Да, да. Секретный альбом.

А.Яковлев: Хорошее название, кстати, для альбома.

М.Кокин: Давайте, на самом деле, расставим точки над i, тем, что ребята что — нибудь споют в нашем подкасте «Фонорамы». Я напоминаю, что у нас в гостях группа The Retuses. Ребята, которые играют уже с 2007 года, мы обещали не говорить об этом. Просто хочется вам сказать, может быть не все их знают. И вот сейчас вы поймете, что за музыку они играют. Ну, и обязательно мы выложим все ссылки на странички ребят, чтобы вы могли послушать в полном объеме все, что есть в сети, а в сети есть все.

М.Кокин: Браво! В связи с этим возникает один вопрос, поскольку мы уже поняли, что ни Юрий Шевчук, ни Борис Гребенщиков не являются для вас авторитетами. Есть ли какие — то, действительно, коллективы, молодые русские коллективы, абсолютно в любом жанре, которые вы считаете выразительными и следите за ними? Вот, например, я знаю, что вы увлечены русским рэпом.

А.Яковлев: Тоже таким полуандеграундным рэпом. Про рыночные отношения например, черная экономика и так далее.

К.Поростаев: Нет, ну, вот нам всем очень нравится творчество, группа называется Bon Iver.

М.Кокин: О! Они сейчас прям по всем фестивалям ездят.

К.Поростаев: То есть, они даже Гремми взяли две штуки, по-моему. Но, действительно, мне кажется, что это большой прорыв, что они взяли. Потому что эта музыка действительно заслуживает внимания. И там все сделано с душой, из сердцем, это редкость. И у них такой набор инструментов сейчас, то есть, тогда они были вообще втроем, это все было так очень. Ну, как у нас было, когда мы были вдвоем. Вот, а сейчас у них вообще там какой — то нереал.

М.Родионов: Когда мы были вдвоем.

М.Кокин: Теперь вас стало немного больше, по — шведски. Ребята, а что, действительно, Миша начинал вначале один, я так понимаю. Потом уже не совсем один, а теперь вас стало еще больше. Расскажите о тех, кого сейчас с вами нет.

А.Яковлев: Кто ушли от вопросов.

М.Кокин: Состав, состав, да.

М.Родионов: Изначально, в 2007 году я все делал с Кириллом Назаровым. Это мой давний друг детства, который жил в Твери, сейчас переехал в Москву. Но на тот момент мы с ним пересекались только на даче, потому что мы жили на одной улице. И как — то летом 2007 года в июне.

М.Кокин: И вам тогда было по 16 лет?

М.Родионов: 15 по — моему.

М.Кокин: Даже 15.

М.Родионов: Вот, и мы как — то записали песни на диктофон, сделали какой — то экстраплей for minute. Все песни были по минуте, потому что диктофон выдерживал только минуту наших бренчаний. И что — то, не знаю.

М.Кокин: И завертелось.

М.Родионов: Завертелось, да. А потом Кирилл начал готовиться к поступлению, он поступал на химфак МГУ, он как — то отошел. И я все начал сам делать.

М.Кокин: Так, ты тоже готовился, наверняка, тоже куда — то готовился, поступал и поступил?

М.Родионов: Ну, да, это было, да прошло. Да, я сейчас ушел из университета, потому что я расставил приоритеты, Саша уже рассказывал. И занимаюсь только музыкой сейчас.

М.Кокин: Ну, а вот для меня, где ты учился?

М.Родионов: Я учился в МГПУ на французском языке. То есть, я был бы специалистом переводчиком и преподавателем французского и английского.

М.Кокин: Кстати, вот английский, мы уже поняли, ты знаешь, а французский. Ты поступал не просто так, наверняка какие — то базовые знания точно были? А может быть и больше.

М.Родионов: Нет, у меня не было базовых знаний, я знал немецкий.

М.Кокин: И Аллена Делона.

М.Родионов: Нет, ну, мне просто нравилась мелодика языка, меня это больше всего привлекало. Ну, и шансон французский и французский кинематограф, все это очень повлияло. Как — то не срослось у меня с университетом, система мне не понравилась.

М.Кокин: Так вот, ты начал, Кирилл ушел, ты остался один и начал записывать. Уже, видимо, как — то дома освоил редактор, о чем ты уже сказал, и вот сейчас мы знаем, что вас ни один и ни два, а больше в концертном составе. Как ребята появились, мы же не будем их обижать, вспомним этих героев.

М.Родионов: Кирилл Поростаев потом появился, мы с ним впервые начали выступать в 2009 году. С девятого года мы с ним выступаем. Потом, с десятого года к нам пришел Миша Львов, мы с ним познакомились в школе. Он прямо приехал из Тирасполя и попал, поступил в нашу школу. И там, какая — то сумасшедшая встреча у нас с ним. Он откуда — то Вконтакте, по — моему, нашел группу, ему очень понравилось. Потом оказалось, что мы учимся в одной школе, он подошел, как — то все завертелось.

М.Кокин: А представьте, учились бы вы в школе каких — нибудь восьмидесятых, вот какие возможности дает интернет, тогда бы вы могли просто и не познакомиться.

М.Родионов: Вот, это да. Потом у нас был концерт, который организовывал Саша Горбачев из журнала «Афиша», в рамках среды Горбачева. Мы играли в клубе «Чайна таун». Туда мы позвали Леру Савельеву, нашу баянистку, и Петра Паршина, нашего тромбониста, который покинул нас. Потом нужно было как — то расширяться, мы Сашу Аделлу, который сейчас играет на барабанах. И Даню Мудрика, который играет на басу.

М.Кокин: Мне кажется, что ты, Миша, иногда расширяешься за счет собственных возможностей. Я знаю, что ты освоил трубу уже.

М.Родионов: Ну, да, было дело.

М.Кокин: Вот, у Кулеля труба, блок — флейта.

М.Родионов: Базовое фортепьяно, простейший аккордеон.

М.Кокин: И это все плоды, заметьте, бессистемного образования, то есть, самообразование.

М.Родионов: Ну да, то есть, все как — то так лучше все идет. Ну, когда нет, когда ты не ощущаешь какое — то давление, когда ты все делаешь сам по себе, никто тебя не гонит. Тогда ты рассчитываешь сам на себя и тебя в итоге. Ну, в моем случае, выходит что — то больше, нежели с преподавателем, например.

М.Кокин: Насколько я знаю, что ваша музыка как — то очень быстро, по — моему, даже начиная чуть ли не с первого альбома, она как — то тоже вышла за грани нашей страны. Кто — то даже заграницей узнал и судя, опять же, по тому, что я читал, ну, я процитирую, наверное. Альбом группы The Retuses получил в основном положительные оценки музыкальных критиков России и зарубежья. Как за границей вашу музыку воспринимают? Потому что многим она близка не только потому, что она, наверное, ну, ее может воспринимать каждый. Но еще и потому, что вы, собственно, у вас еще и на английском есть песни. Вот, есть какой — то интерактив с людьми, которые вас слушают за пределами России?

М.Родионов: Вот мы буквально где — то полмесяца назад познакомились с звукоинженером из Германии, с Беном. Он работает на студии Метрополис. Вот, очень крутая студия, и он там был со своим коллегой, и они сказали, что такая музыка хорошо идет за рубежом. И, возможно, будут какие — то схемы по турам.

М.Кокин: Очень здорово! Все складывается, все сами находят вас.

М.Родионов: Ну, рано пока об этом говорить, лучше не загадывать.

М.Кокин: А вот, что за история с Винсентом Муном, кажется? Клипмейкер Алины Орловой, насколько я знаю.

А.Яковлев: Винсент Мун, это интересная история по поводу кино.

М.Родионов: Да, не помню, он уже, по — моему, путешествует по России, снимает группы. В октябре, по — моему, или в августе, не помнишь?

К.Поростаев: По — моему, осенью.

М.Родионов: Осенью он приедет снимать нас в Москву, и мы что нибудь интересное придумаем.

М.Кокин: А у вас это плод совместного творчества или все — таки он, в данном случае, является таким диктатором, что ли, ну, в некотором смысле. То есть, он сам уже заранее задумывает, и только его представление влияет на то, как все будет в итоге? Или это ваш совместный проект, и вы что — то специально будете делать для общих съемок?

М.Родионов: Вот, не знаю, мы готовимся, готовимся постепенно, но, что в итоге выйдет, не знаем. Мы с ним долго, на самом деле, очень обговариваем все вот эти вот съемки. С 2009 мы с ним списывались, по скайпу мы с ним говорили. Я ему «Балтику» кидал, ему очень нравился «Ангелбург», он говорил, почему песня такая короткая. Очень хороший и открытый такой.

М.Кокин: То есть, будет какой — то даже, наверное, раз песня короткая, будет какое — то видео, специальная версия клиповая какой — нибудь песни. Кстати, на какую песню будете снимать клип?

К.Поростаев: Нет, он будет живьем снимать.

М.Кокин: А, просто, будет лайф такой.

М.Родионов: Ну, и Алину Орлову он снимал с микрофоном, все там.

М.Кокин: Ну, и из этого потом появится что — то уже.

А.Яковлев: Не, ну, для тех, кто не знает, кто такой Винсент Мун, можно посмотреть.

М.Кокин: Не путайте с Сэйлор Мун.

А.Яковлев: Посмотреть его фильмы и понять, как работает человек. Это, в принципе, мне кажется, очень близко к тому, как работаете вы. Это такой естественный ход процесса, где ничто специально, типо так, а нам нужен здесь вот такой свет, а вот здесь такой вот интерьер. Оно не делается. Выбираются какие — то вещи, в основном, природного характера. Насколько я знаю.

М.Родионов: Он очень умело ухватывает эту реальность.

М.Кокин: Причем, не искажая ее.

М.Родионов: Как художник, кинорежиссер.

М.Кокин: Клевый чувак. А еще есть один клевый чувак, правда, уже легендарный. Мы говорили о нем, о Вертинском. И сегодня мы говорили о каких — то относительно молодых группах. Bon Iver мы вспомнили из иностранных, а вот из тех, кто вам нравится. Я не знаю, кто — то тебе нравится?

К.Поростаев: Вертинский? Ну, я не особо в восторге.

М.Кокин: Но Миша в восторге, мы знаем. То есть, получается он тоже один из тех, ну, наверное, для многих действительно столп русского романса, русской музыки, великолепный голос. То есть ты как — то ориентируешься на него в том числе.

М.Родионов: Ну, я могу сказать, что это одно из главных больших влияний моих, Вертинский. Потому что супер мелодичная лирика у него. Как Есенин и Вертинский в плане лирики, на одной ступени у меня стоят, например. Вот, и артистизм вот этот, ну, какая — то неподражаемость у него есть. Очень профессионально все делает, очень круто.

М.Кокин: И мы даже подумали о том, что круто было бы сделать трибьют Вертинскому, по примеру «Аквариума», да, налить. Давайте, может быть, еще одну песню послушаем, вас еще что — нибудь.

М.Кокин: Мы продолжаем, друзья. Это группа The Retuses, что означает, насколько я помню, это из биологии, какой — то вид лепестков, или по — русски, рейтузы.

А.Яковлев: И все — таки, я вот хочу вернуться к, вот если бы вы делали фестиваль вот здесь. И у вас была бы какая-то возможность собрать каких-то артистов, которые, как вам кажется, с вами в одном эшелоне находятся.

М.Кокин: Ты имеешь в виду с полной свободой?

А.Яковлев: Да, с полной свободой. Кого бы вы позвали? Конечно, меня интересуют, в том числе, и отечественные артисты. Мы поняли уже про Bon Iver.

К.Поростаев: На самом деле, был такой фестиваль Боско Фрешь Фест. И вот некий Илья Куснерович, вот я с ним учусь в одном универе. Он сделал, кстати говоря, очень классную вещь, по моему мнению. Хотя, конечно, группы многим там и не нравились, но сам факт. Он сделал, ну, вы, наверное, знаете, что каждый день выступало по три группы. Но, очень важно было в этом фестивале то, что каждый день люди ходили не потому, что там был какой — то иностранный хэдлайнер. Они выдели русскую группу и ходили на русскую группу.

М.Кокин: Потому что было бесплатно.

К.Поростаев: Ну, и бесплатно, да, понятно. Вот и на хэдлайнеров, в принципе, никто не смотрел на иностранных. Все смотрели на русские группы. И, в принципе, если б мне была возможность, я бы, конечно, позвал, например, «Иф Ви», и вот какие — нибудь питерские команды, что — то вроде «До ре ми оркестра». Вот мы с Мишей очень вдохновились тогда, когда с ними выступали. Вот такие команды, которые не играют, ну, не поют на иностранном языке, что — то типа «Помпея». Ну, такая антиреклама сейчас. Уже просто сил нет, на самом деле такое слушать.

М.Кокин: Ну, на самом деле, не только вы так считаете, ну, ладно. В общем, поднимаем русскоязычную музыку, хорошую и с интересными мыслями в тексте.

К.Поростаев: Ну, это не в коем случае не камень в огород «Помпее», и все такое. Но сам факт, что сколько можно, ребята? Может быть, просто на самом деле может «Помпея» задумается, если они услышат.

М.Родионов: Кирилл сегодня выпил пива, Кирилл злой.

К.Поростаев: Ну, просто сам факт, вот, например, у них вышел новый там этот их сингл «Слоу». Ну, тоже самое, одни и те же биты, и все остальное.

М.Кокин: Вот единственный человек, который смог в микрофон. Вот берет и режет эту правду.

А.Яковлев: А что скажешь Миша, ты? Может у тебя есть какие — то добавления на этот счет?

М.Родионов: Ну, если бы, конечно, можно было все устроить. Если бы у меня были супер силы.

А.Яковлев: Ну, помечтай.

М.Родионов: Я бы с радостью позвал бы Веню Дыркина, я бы...

А.Яковлев: Нет, ну мне кажется, что с Дыркиным вполне могло бы без супер все случиться.

М.Родионов: Ну, так вышло, что, мне «До ре ми Оркестра», да, Кирилл правильно сказал. Очень инструментарий крутой, здорово все.

К.Поростаев: Побольше бы таких групп с таким инструментарием, побольше акустических инструментов, живой звук. Потому что нужно возвращаться обратно. Все — таки народная музыка такая, с народными инструментами, она.

М.Кокин: То есть, это культ естественности только в музыке.

М.Родионов: Нет, я не считаю нужным говорить, что нужно возвращаться. Потому что, мне кажется, музыка — это такая вещь, которая должна происходить сама по себе. Она не должна от чего — то, от какого — то мнения отталкиваться. Если есть акустические группы, пусть они своим занимаются. Самое главное, чтобы никто никому не мешал. Не знаю, мне кажется, это абсолютно нормальный ход, когда разноплановые системы есть.

М.Кокин: Вот то, что ты говоришь, мне кажется, даже хорошо. Вот все, что происходит, происходит сейчас в России. В России, где, ну наверное, не правильно может быть так говорить, ну, не все ниши заняты. И действительно очень много путей для развития. Люди действительно, я не знаю, может быть я не прав. Вы, если что, поправьте меня. Может быть, люди действительно начинают воспринимать музыку по — другому, желают чего — то большего, чем вот эта сцена Песни года. Правда, мне кажется, какие -то положительные изменения есть.

М.Родионов: Конечно, есть, потому что, если смотреть на весь мир, то даже вот новая музыка Гейт фаер в 11-м году выиграли Гремми. Адель снесла все, по — моему, в этом году. В том или в этом году Bon Iver. Это говорит о том, что сцена меняется, кто — то кого — то сменяет. И это очень хорошо. Потому что, конечно это грустно, что у нас в стране Кобзон. Ничего плохого, но нужно как — то, не знаю, новые имена.

М.Кокин: То есть, поколения в России, как мы знаем, всегда меняются очень долго, но вот скоро уже должно это случиться.

А.Яковлев: А как вам кажется, есть у молодых артистов, которых вы затронули, перебор такой с продакшном? То есть, музыка не сама по себе, а она несколько искусственно сделана, ориентирована на западные ориентиры, которые, это больше звук, чем музыка.

М.Кокин: То есть, иными словами, калька с западных аналогов.

М.Родионов: Миллион вариантов, потому что. Не знаю, на самом деле, и про нас говорят, что мы.

А.Яковлев: Что вы в копирку Бейрут.

М.Родионов: Да, например. Но нужно отличать копирку от влияния. Это очень тонкая грань, ее можно не чувствовать, я считаю.

А.Яковлев: Ну, могу сказать, что однажды, после вашего концерта в Грибоядове ко мне подошла барышня, которая была на концерте группы Бейрут в Нью-Йорке. И она сказала, это ничем не хуже, просто. Она говорит, я была, я видела это, и видела это. И это разные группы, но, это вам такая похвала, что вы не уступаете. Вы, может быть похожи, но..

М.Родионов: Похожи, пожалуй, только по инструменталию, но это влияние. Это то же самое, говорят, про Земфиру говорят, что это Редио Хэд.

М.Кокин: Ну, вот это я в первый раз слышу.

К.Поростаев: На самом деле, это, почему я назвал Bon Iver в первую очередь, потому что это человек, вот он, вот не будет у него гитары вообще, вот заберите у него гитару. Он будет идти и просто петь. Это человек, у него не останавливается, он постоянно поет. Его Винсент Мун, кстати говоря, тоже снял видео, где он тоже там ходит, просто поет. Вот такого нет сейчас. Все почему — то упираются в инструмент, они за звук уходят назад. Это вот большая проблема. Вот, когда кто — нибудь запоет в конце концов, от души. Вот тогда будет что- то, потому что.

М.Кокин: Так может быть тогда просто выйти на улицу. И играть, петь, не нужно никакое подключение. В любом городе вы выходите на улицу.

М.Родионов: Мы, по — моему, последний раз в Питере играли.

К.Поростаев: Да, играли около вокзала, было здорово вообще. Просто вообще без, ну, у нас полная свобода была.

М.Родионов: в семером, по — моему.

К.Поростаев: Год назад, по — моему.

М.Родионов: мы приехали тогда на «Степной волк», и хотели заработать, просто, на еду.

М.Кокин: И получилось?

М.Родионов: Да, вполне.

М.Кокин: Я помню кто — то проводил такой эксперимент. По — моему, даже Оупен Спейс и Виллидж, как раз тоже с музыкантами молодыми, которые выходили на улицу. Они хотели понять, сколько и за какие песни они соберут денег. За свои сколько, сколько за каверы.

М.Родионов: У нас самой, по — моему, прибыльной песней была про ласточку песня.

К.Поростаев: Да.

М.Кокин: Извиняюсь, Киррил, я тебя перебил.

К.Поростаев: Да ниче.

М.Кокин: Миша, хотел у тебя спросить по поводу манеры пения, как это пришло? Само по себе, так ты начал песни?

М.Родионов: Это само по себе, то есть, я пробовал изначально какие — то каверы делать, но это скорее было поиск своего голоса, возможно. Потому что без этого ну никак.

М.Кокин: Ты всегда мечтал у Ильи Лагутенко спросить о манере пения, ну, правда, интересно. То есть это родилось естественным образом. Как запел, так и запел.

М.Родионов: Да.

А.Яковлев: Есть известная история про Петра Мамонова, например. Когда они приехали в Англию писаться. И он говорит, зубы хочу вставить, а ему говорят, слушай, люди добиваются специально такой интонации. Не надо, у тебя за счет всего и такой голос, такая интонация, подача.

М.Кокин: Ну, мы не просим повторять никого.

А.Яковлев: Может быть это легенда?

М.Кокин: Может быть.

А.Яковлев: Хотел вот такой вопрос задать. Есть такая информация, что планировалось некое сотрудничество с Муджусом. Во что — то это в итоге?

М.Родионов: Мы познакомились с Ромой год назад на «Степном волке». Как — то мы обменялись телефонами. Я к нему несколько раз забегал домой покушать, на ужин он меня позвал. Показал новый материал, ему очень понравилось, как мне сказал. И он хотел сделать какой — то ремикс, что — то вроде этого. Но мы чего — то сейчас разбежались, и он гастролирует, гоняет туда сюда. Мы тоже сейчас сидим на базе, репетируем без конца. Как — то не получается словиться, хотя живем в Москве, я в Зеленограде, он на Речном вокзале. Очень близко, но чего — то не выходит. Надо как — то.

М.Кокин: А с кем еще у вас? Вот мы говорили, вы еще не были в студии, мы говорили, спрашивали, вот у тебя Саша спрашивал о том, предлагали вам сниматься в кино? Писать саундтреки для кино. И вот, на сколько мы поняли, были какие — то предложения, но не самые серьезные может быть были, или как — то что — то не получилось?

М.Родионов: Два предложения на съемки в главных ролях были и очень серьезные, но я все взвесил и подумал, что если я буду сниматься, у меня будет график по контракту. Вот, если я буду сниматься в кино, допустим, я заработаю денег, но музыка моя уйдет на второй план. А так как я больше музыкант, а не актер и вообще я не актер. То поэтому я опять-таки расставил приоритеты и выбрал музыку. Поэтому как-то не получилось.

М.Кокин: Ну вот, а еще это модное слово колаборация , с кем намечается? Ну, вот кроме Муджуса?

М.Родионов: Не знаю.

М.Кокин: Ведь у нас такой тесный мир. Вот опять мы возвращаемся к рэп музыке. Там же, смотрите, вот много раз был на хип — хоп ол старз, общался с ребятами. Там, с Гуфом, с Бастой, вот все друг с другом. Вот я пытался спросить ребят, типа реально сколько песен вы посчитайте, вы сделали вместе. Там выходит выступать на сцену один артист, с ним выходят еще десять. Они меняются и получается все друг с другом поют вот так. Вот такой тесный мир, такая прям сеть известных музыкантов, которые постоянно. Знаешь как. Может быть в песенном жанре это чуть сложнее, чем в рэпе, но вот.

М.Родионов: Вот, не знаю, мне кажется, главная проблема московских коллективов музыкальных заключается в том, что нет какой-то сплоченности и группы скорее соперничают, нежели дружат.

К.Поростаев: Ну, в Питере, вроде как, подружнее, конечно. Но здесь вообще как поприятнее атмосфера музыкальная. А в Москве, конечно, вообще. То есть, все друг о друге все знают, но никто друг с другом не хочет никак пересекаться.

М.Кокин: Что вы ни с кем не дружите из групп из московских?

М.Родионов: Ну, я бы сказал так, в Москве музыка по большей части модная, в Петербурге более душевная.

К.Поростаев: Не, дружить на самом деле, я готов вообще со всеми дружить. А вот Илья Куснярович, он пример того, что действительно хочет собрать некую, он хочет, чтобы все дружили, и чтобы единым фронтом выступали от России. То есть, как и двигались, например на Западе.

М.Кокин: Вот это да, представляешь, чемпионат мира по музыке. Россию представляют Зе ред тюзес, ну и кто — то еще. Забавно.

М.Родионов: На самом деле вот к вопросу о фестивале. Мне всегда казалось, что в Англии есть одна отличная схема. Например, журнал Нейшнл Мюзик Экспресс устраивает туры. Есть хэдлайнер, допустим, андеграундные группы, и парочка больших артистов. Они едут по городам. И я не помню, кому — то предлагал. Илья Куснярович, не помню. Допустим, тот же журнал Афиша. Множество спонсоров, Москва, Петербург, Екатеринбург.

М.Кокин: Ну, при поддержке СМИ, мне кажется, это может найти вполне отклик. И люди, наверное, будут приходить не на фестиваль наших в городе, на котором откровенно делают деньги и я не буду говорить, но я знаю какие. А будут действительно, потому что мы с Ильей, помнишь, Саш, говорили с Бурднюком. И действительно, это правда, Афиша действительно смогла собрать вокруг себя круг читателей. И в целом, объединенных, наверное, ну, малая толика из них объединенная какой — то модой, а большая часть людей объединенных общими ценностями и чувствами. И вот действительно да, наверно, это могло бы получиться.

А. Яковлев: Наверно, могло. Но дело в том, что у нас огромная, необъятная страна, а влияние журнала Афиша испытывает все-таки несколько городов, которые можно перечесть по пальцам.

М.Кокин: Ну да, в Англии, все — таки, фанатичнее люди.

А.Яковлев: И, как бы, опыт показывает, что когда ты выезжаешь куда — то с коллективами в провинцию и...

М.Родионов: Не знаю, мне кажется схема хэдлайнер — разогрев очень может быть.

М.Кокин: Какого вы могли бы видеть перед собой хэдлайнера, например?

М.Родионов: Мне все равно, любого.

М.Кокин: Абсолютно все равно?

М.Родионов: Да. Всегда меня больше интересовало, наверное, больше путешествия интересовали, нежели игра, что — то такое.

М.Кокин: Ну, вот музыканты, действующие коллективы, ведь они, как мне кажется, должны в любом случае ездить и набираться какого — то опыта, независимо от того, в плюс это или в минус.

М.Родионов: Если ты часто играешь, то по — любому набираешься опыта, и за это тебе потом воздастся. Мне кажется, лично для меня, мне важно, чтобы я был занят. Если я буду занят, если у меня будут гастроли. Не важно будет, сколько я буду получать за концерт. Важно, что я буду занят и тут дело даже не о деньгах. А дело в том, что ты делаешь какое — то дело.

М.Кокин: Ты занимаешься своим делом и это самое главное.

М.Родионов: Мне кажется, вот это самое главное.

М.Кокин: тогда прошу вас, займитесь вашим делом и спойте нам прекрасную вещь и это будет...

М.Родионов: Я вот думаю, какую песню сыграть, давай попробуем старую — старую.

К.Поростаев: Давай.

Песня.

М.Кокин: Совсем старый материал от группы The Retuses.

А.Яковлев: Эксклюзив, сколько вы уже не играли эту песню?

М.Родионов: Мы не играли ее с 2009 года.

К.Поростаев: Пару лет уже.

М.Кокин: А вот знаете, мне почему — то вот именно эта песня навеяла какие — то исландские мотивы совсем уж. И может быть, если бы где — то на заднем плане, включилась виолончель, прозвучал бы треугольник. Я бы подумал, может быть это что — то близко к Сигу Росс, например.

М.Родионов: Никогда не слышал Сигу Росс. Слышал, но...

М.Кокин: Ну, мне так показалось просто.

А.Яковлев: Вот в наше такое мобильное время, да интернет технологии, все уже, подкасты ведутся идя по улице, блоги, да? Что вас увлекает? Литература, кино, что вы открыли для себя в последнее время? Что на вас повлияло?

М.Родионов: Меня лично интересуют музыкальные композиции сейчас. Мне интересно, вот мы засели уже два месяца сейчас на студии, и делаем новые оранжировки к старым песням. Потому что мы хотим немножко звучать, расширить может быть, не знаю, профессионально это как называется. И мы засели уже два месяца, сидим. И мы сейчас очень много чего сделали. Сегодня вот мы в Новой Голландии что — то покажем.

К.Поростаев: Если говорить про вдохновение, то это, ну, вдохновляет, прежде всего, другая музыка, кино. Почему — то я заметил, что мне близко по духу все французское. И литература, и даже вот учась в университете, я замечаю, что я постоянно берусь за французских авторов, Мишеля Монтеня, например.

М.Кокин: «Опыты» Монтеня, ну, какая — то совсем.

К.Поростаев: Ну, у него это очень замечательная книжка.

М.Кокин: Это очень нестандартный выбор. Первый пример европейского эссе, я могу сказать, более того.

К.Поростаев: Ну, он там постоянно цитирует, это мода была. Цитирует античных авторов вот. Кино и старое, и новое французское. И например, Серж Генсбурн...

М.Кокин: Фильм очень здорово...

К.Поростаев: Да, мне очень тоже понравилось. Ну, то есть, двоякое отношение было к фильму, но все таки то, что зацепил, это точно.

А.Яковлев: Я вообще то тебя не узнаю, чувак, что случилось?

М.Родионов: Я то вообще сейчас ничего не читаю, и стараюсь слушать новую музыку. То есть, я как — то специально абстрагировался от всего, чтобы материалы на новый альбом синтезировались у меня в голове и такая...

А.Яковлев: То есть, ты ведешь образ жизни аскета.

М.Родионов: Наверное.

А.Яковлев: А как же, наверно, поскольку все — таки группа действующая, то, наверно, появились ряды поклонниц, которые. Они появились или нет? Атакуют барышни?

М.Родионов: Они и не уходили никуда, по — моему. Все бывает, конечно.

М.Кокин: Че такое барышни, Александр. Ну, конечно, атакуют, Саш. Посмотри на ребят.

М.Родионов: Подходят спрашивают что — то.

К.Поростаев: С этим беда, конечно.

М.Кокин: Бедовое время настало. Ну, так подожди, а вот я опять же возвращаюсь. Меня всегда интересует, как группа взаимодействует со своими поклонниками. Есть ли у вас какой — то человек, которому нравится то, что вы делаете. И с которым у вас завязалась какая-то дружба или переписка какая-то? Ну, вы о музыке часто говорите. Такое, знаете, часто бывает. Кстати, я возвращаюсь к временам Монтеня. Это же постоянно такое было, люди писали друг другу письма, это было нормально.

К.Поростаев: У меня да, кстати говоря, появилась. Вот мы в Харьков съездили когда, я действительно за столько времени встретил адекватную девушку, с которой мы вот сейчас послали даже друг другу письма. Правда они дошли только через месяц, но не суть. Суть, как раз в том, что...

М.Кокин: Ты переезжаешь в Харьков?

К.Поростаев: Нет, суть в том, что я рад, что все — таки нашел. То есть мы действительно близки там в музыке, во многом таком, но это редкость конечно.

М.Кокин: А ты знаешь, Харьков музыкальный город, пятница, Люк, нормально.

К.Поростаев: Да, да, точно.

М.Родионов: Не знаю, у меня как — то очень сложно с этим. То, что пишут очень много и со всеми хочется побеседовать. Не хочется никого расстраивать, поэтому приходится писать какие — то односложные предложения. Потому что, если я буду всем развернуто отвечать, на это уйдет куча времени, то есть, я не смогу выспаться хотя бы.

М.Кокин: А сталкивались вы уже с тем, что ваши песни перепевают?

М.Родионов: Да.

К.Поростаев: Да.

М.Родионов: Но, они пародия, не особо удачно выходят.

К.Поростаев: Ну, вот не знаю, я Мише говорил, смотри вон какой хор, там, в общем, было видео, где ребята перепели «Ласточку» песню, в актовом зале. Там много народу стояло. Они в многоголосье даже сделали это, и Мише не понравилось. Да, может быть они и поют не очень, но сам факт, что масштаб.

М.Родионов: Мне не понравилась подача.

М.Кокин: А вообще, ребята, извините, опять перебил, у вас все — таки, на самом деле в музыке, как мне кажется, присутствует все — таки некий симфонизм, он есть.

М.Родионов: Ну да.

М.Кокин: Я не ошибаюсь, наверное.

М.Родионов: Наверное.

М.Кокин: И вот как вы относитесь к такой хоровой музыке? И есть ли идея, ну, у многих музыкантов, она многих посещала. Пригласить когда — нибудь какой — нибудь хор мальчиков, девочек.

М.Родионов: Это вот буквально позавчера.

М.Кокин: Особенно детский, это же сумасшедший совершенно.

М.Родионов: Буквально позавчера именно про детский хор говорила наша баянистка, но не знаю. Я как — то, чего — то.

К.Поростаев: Ну вот группа есть из Дании, они используют детский хор, и у них очень круто это выходит. Ну, у них очень, мне вот нравится у них музыка тоже, такая тоже плотность.

М.Родионов: У них сумасшедшие оранжировки, у них очень интересно.

М.Кокин: Ну, их состав, я просто сейчас не вспомню сколько.

К.Поростаев: Основной у них, по — моему, три человека, а так они приглашают.

М.Кокин: Маленький такой состав, насколько я знаю.

М.Родионов: Да, да. Они постоянно кого — то зовут.

М.Кокин: А вот еще что хотел спросить у вас. Вы живете сейчас в городе, в Москве. Сейчас очень модно стало, об этом мы тоже много раз говорили. Люди начали снова любить природу. Не в смысле, на шашлыки съездить, побухать, оставить после себя кучу мусора, уехать. А вот действительно, людям нравится находиться за городом, свежий воздух и как-то дышится и думается там лучше. Как у вас? Ну, не то чтобы даун шифтинг, но?

М.Родионов: Я бы не отказался провести выходные, на речке покупаться.

А.Яковлев: Может быть альбом написать в лесу?

М.Родионов: Ну, мы пробовали, в «Запорожце» писали, в водонапорной башне с Киррилом как бы.

К.Поростаев: Не знаю, я вот очень люблю лес, природу. Даже вот мы живем не в самой Москве, а в Зеленограде. Даже, когда я приезжаю из Москвы в Зеленоград, сразу легко дышится.

М.Кокин: По мегаполису, мне кажется, это очень хорошо заметно. Но все равно, получается вам нужно быть чаще в центре событий. Получается, что вы оказываетесь все равно в городе.

М.Родионов: К сожалению, да.

М.Кокин: Ну, может быть когда — нибудь у вас появится возможность, как у группы иностранной Теннис, когда они записывали путешествие по реке. Таких историй много, наверное. Сигу Росс тоже записывали в школе заброшенной где то в Исландии, вдалеке, в деревне.

А.Яковлев: В бассейне.

К.Поростаев: Да тот же Bon Iver.

М.Кокин: То есть, получается не переносить те эмоции, а прямо вот там на месте прямо и записать. Наверно, есть какой — то в этом смысл, хотя сложно сказать.

М.Родионов: Ну, не знаю. Я думаю, что как альбом, наверно, вряд ли что — нибудь получится, дельное что нибудь в этом роде. Но как черновики, это круто наверно. Если мы вшестером с баяном, с барабанами, с трубами, с прочей ерундой залезем в лодку какую нибудь по реке, то это будет каша.

М.Кокин: Не ну можно просто взять с собой диктофон и просто записать звуки какие-то.

М.Родионов: Не надо загадывать, что будет — то будет.

М.Кокин: Ну, хорошо. Спасибо большое ребята, что пришли. Надеюсь, что мы о многом успели поговорить. Тем, кто не слышал Ред Тьюзес, вдохновились их творчеством. Очень большое спасибо, что вы пришли, даже с уккулеле, блок флейтой, даже замечательно все получилось. Мы, наверно, попрощаемся. Потом вы еще песню какую — нибудь одну сыграете.

А.Яковлев: А для всех тех, кто хочет увидеть ребят, напоминаю, что 12 числа группа выступит на фестивале «Наполни небо добротой», а 14 это «Сетереолето», Елагин остров, добро пожаловать. The Retuses.

Ширина

В гостях Миша Родионов и Кирилл Парастаев, группа The Retuses vk.com/theretuses.

НА ФОТО — The Retuses кричат: «Шевчуууук!»

The Retuses — самостоятельный музыкальный проект Миши Родионова, сформированный в 2007 году в г. Москва, Россия. Изначально песни писались на одноминутный диктофон вместе с другом детства Кириллом Назаровым. В августе 2007-го года немногочисленные записи вылились в EP For a minute. В 2008 году Кирилл Назаров покидает The Retuses, после этого Миша начинает записывать новый материал в одиночку, используя встроенный в ноутбук микрофон. Постепенно осваивая новые инструменты, в основном собранные у друзей и родственников, немного разобравшись в музыкальных редакторах и слегка улучшив качество звука, в 16 лет он начинает работу над альбомом Echo. Песни записывались в самых неожиданных местах: в старом запорожце, в 4 часа утра на летней веранде, внутри водонапорной башни. В июне 2009 года альбом был выложен в интернет и получил одобрительные отзывы критиков России и зарубежья.

Концертный состав:

— Миша Родионов — вокал, труба, блокфлейта, укулеле, гитара.
— Кирилл Парастаев — вокал, гитара, укулеле, пианино, перкуссия.
— Миша Львов — гитара, укулеле, перкуссия.
— Лера Савельева — баян, перкуссия.
— Даня Мудрик — бас.
— Саша Аделова — ударные.

В эфире «Фонорамы» The Retuses сыграли несколько песен LIVE:

— Lasdehnen
— Labiau
— Through The Fog
— Shura, 1925

В программе:

— Как The Retuses стали любимой группой Юрия Шевчука.
— Прибалтийское настроение, альбом Waltz Baltika (Снегири, 2011).
— Немного о новом альбоме и старых песнях, записанных в самых неожиданных местах.
— Почему лоу-фай иногда лучше студийной записи.
— О стихах на русском, Вертинском, Есенине, Гребенщикове, Beirut и Bon Iver.

Уже 14-ого июля группа THE RETUSES выступит на фестивале Стереолето (STEREOДень — http://vk.com/stereoregina) вместе с Региной Спектор, Петром Мамоновым, Zorge и многими другими на Елагином острове.

Выпуски

Комментарии